Urbi et Orbi - Городу и миру

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



6. Stairway to "Heaven"

Сообщений 41 страница 58 из 58

41

Зверь все еще рычал, не веря, что огонь так быстро ушел. Зверь требовал немедленно уйти, ведь огнем все еще пахло. Но его не слушали.
Клемент усилием воли закрыл рот, скрывая клыки. Слегка обмяк, тупо глядя, как к нему приближается существо, способное вспыхнуть. Кажется, это было знакомое существо. Второе, почти незнакомое, оставалось пока вдали.
Тот, который мог гореть, протянул к нему руки. Сейчас они были обычными человеческими конечностями, без излишеств. Джул. Знакомое сочетание. Джул - это вихрь. А почему от него не пахнет спиртом? Странный Джул. Не такой. Неправильный. Вампир устроился поудобнее, тихо ворча и постепенно приходя в себя.
- Ты еще голову мне в рот сунь, дрессировщик...

0

42

Самое последнее, чего ждет сейчас Стиви - это что Джул его обнимет, прижмется со спины, обхватив поперек груди обеими руками. Но как же, рука же, он же... Стиви не понимает, в его картине мира Джул сейчас должен баюкать ожоги, а не лезть с обнимашками, но Джул прижимается к нему всем телом, вжимается, и Стиви чувствует, как колотится его сердце. Его, б***ь, Господи прости, сердце... Да что же это... Джул - живой. Он теплый, горячий даже, дышит прерывисто, Стиви чувствует его дыхание сзади по шее, когда Джул встает на цыпочки - выглянуть из-за плеча на Клемента. Неожиданно накатывает: Стиви вспоминает "Орландину", джакузи, и как Джул вот также навалится, мазнул губами по шее... Живой. Живой, и сердце стучит, как у затравленного звереныша.
- Тебе такие встречались уже, а? С зубами...
Стиви накрывает ладонями руки Джула.
- Встречались, Джул, осто...
Но Стиви не успевает в очередной раз подивиться Невероятному Совпадению (два вампира, два блондина, так-не-бывает).
"Идиот! - чуть не орет Стиви, когда Джул ужом выскальзывает из-под руки и прет прямиком "Клемми" в пасть. - Идиот, КУДА?!"
Но он не орет. Он лишь дергается следом - и застывает, боясь лишним движением спровоцировать слетевшего с катушек вампира. Стиви понимает: сорвись Клемент сейчас - и он ничего не сможет сделать, банально не успеет, и все, Джулу конец. Еще Стиви понимает: в то, что сейчас происходит, он не имеет права вмешиваться. Кем бы ни был Клемент, они с Гилмором, похоже, не случайные люди... Люди, б**!.. Люди... А что, для тебя разве имело значение когда-нибудь, человек ли твой мелкий, а? Между прочим, Клементу с его зубами до экспериментов Эриха - как до Луны в подгузнике... Стиви застывает, чувствуя, как желчью подкатывает к горлу острое осознание собственной ненужности. Третий - лишний, в который раз уже, и Стиви понимает, что вообще-то сейчас ему только выйти по-тихому и дверь за собой закрыть, но он стоит и смотрит, не отрываясь. Потому что вампир - это вампир, и как бы близки они не были с Гилмором, в таком состоянии как сейчас он может кинуться. И если кинется, тогда, хоть Стиви и знает, что ни х*я он не сможет противопоставить Клементу - он все же попытается.
Клемент не кидается - молодец, респект, уважуха, парень, ты силен - Клемент прячет зубы и даже вроде поддразнивает Гилмора. И Стиви кажется: теперь - можно, теперь безопасно. Можно пошевелиться, подойти, "отмереть", б**... Стиви опять вспоминает, как дурачок Гилмор мазал губами ему по шее тогда, целую жизнь назад, а он, идиот, не понял... В два шага он оказывается рядом, кладет ладонь на плечо:
- Джул... Руку покажи.
В конце концов, он должен убедиться, что его - врачебная - помощь действительно не нужна.
Б**... Вот теперь я точно трезвый.

Отредактировано Стивен Коул (01.09.2013 23:51:34)

+2

43

- Чо те ещё в рот сунуть, позер? - Джул постоял пару секунд там, где его застукало предложение Клемента, да и вскинул руку - жест начался как подзатыльник, а окончился чем-то подозрительно похожим на ласку: Гилмор поймал приятеля за пшеничный затылок, толкнул на себя и душевно тиснул жёстким, неаккуратным объятием. - Перекипешил, балда.
Адреналин отпускал, Джула стало слегка потряхивать, и он отстал от Клемми, отступил... Слабо вздрогнул, почуяв на плече руку, но сразу вспомнил, что рука эта Стиви, и потому спокойно, облегчённо даже шатнулся ещё немного назад - лови, я тебе верю.
- Да, да, сейчас... - заторопившись, Гилмор ошкурил перчатку с ладони, смял в другой руке, скрипя загрубевшей от постоянной носки в сырость лайковой кожей. - Видишь, всё нормально.
Он и сам пригляделся к своей кисти, украдкой, мельком, прежде чем дать её Стиви на осмотр - но если и врала Джулу собственная шкура, то врала упорно и добросовестно, без колебаний. Чёрт знает откуда взявшийся огонь, невредимость, благополучное замирение вспугнутого вампира - всё отдавало сказкой, и пока не имело значения, добрая это сказка или злая. Праздник непослушания обыденности, вот что это было. Для Джула, которого колбасило и тянуло танцевать всё с тех же адреналиновых отходняков. Капризный ритм, врощенный какими-то старыми чарами в мясо и нервы, добавил движениям Гилмора зазывной плавности, теперь уже он чалился задницей к Стиви, запрокидывая голову ему на плечо.
- Прости, меня прёт... - он засмеялся натянутым, открытым горлом, ненадолго прикрыв глаза. - Так я из нас самый неграмотный насчёт вампиров, а? Клемми. - мгновенно, холодно отрезвевший Джул снова принял обычную стойку - с гладким, но приподнятым-таки загривком. - Что это была за аномальщина? Что тебя испугало? И если ты не знаешь, то кто может знать?

0

44

Клемент плавно поднялся и уставился неподвижным тяжелым взглядом в Стиви. Даже руки на груди скрестил, являя собой образец почти римского патриция. Получался, правда, скорее бриттский варвар, но что поделаешь, кровь не спрячешь.
- Встречались? В каком месте и в какое время?
Ситуация была... неприятная. Мало того, что совпадения делали вечер не слишком томным сами по себе, так еще этот тип видел слишком много. И вампир всерьез прикидывал, куда девать труп. И насколько же неохота возиться... если Стиви окажется приличным гражданином, то с ним придется повозиться. А если неприличным - то придется возиться еще больше. И Шерифа не привлечешь, придется выдавать Джула вместе с его огнеопасными ручонками. Куда Гилмор отправится дальше, Клемент представлял себе смутно, но был уверен, что ничего хорошего не выйдет.
- Испугал огонь. Тебя тоже.

0

45

Когда Джула "прет", то уж прет не по-детски, кто-кто, а Стиви-то должен бы помнить. Стиви, вроде, и помнит, но такие вот грязные танцы - это нечто новенькое. Стиви только и успевает, что увидеть, а точнее - не увидеть никаких следов ожога на узкой, не самой чистой в мире ладони, как Гилмор вжимается в него теперь уже спиной, закидывает голову на плечо. Какой же ты еще ребенок... Стиви усмехается, притягивает Джула к себе - ладонью поперек живота, и так и держит, даже когда тот вроде бросает дурачиться. Ну а что, может же даже такому конченому неудачнику, как Стиви Коул обломиться хоть что-то приятное за весь этот гребаный день?..
- Встречались? В каком месте и в какое время?
Нет, б**, похоже, не может.
Вроде бы начавший собирать мозги в кучку Клемми встает памятником самому себе и решает поиграть в плохого копа. "Слушай, приятель, - хочет сказать Стиви, - давай не будем, а? Я понимаю, ты меня мелко видишь, но мы вроде как оба в гостях, так что будь ласков, веди себя прилично." Но Стиви слишком хорошо знает Александра, и вот эту позу со скрещенными на груди руками тоже знает прекрасно (не далее, как накануне любовался), так что оставляет свое ценное мнение при себе. Внезапно пробивает на улыбку: нет, ну таких совпадений, чтоб и волос в масть, и повадка - нет, ну так просто не бывает! То же мне, блондины, Пэрис Хилтон, б**...
- В каком месте, в какое время, говоришь? - Стиви улыбается, делает вид, что вспоминает. - Дай-ка соображу. В моем собственном доме, считай каждую ночь, да и днем бывает, - и он улыбается еще шире.

0

46

- Ага, молодец, что заметил, - нет, Джул не иронизировал, судя по серьёзной, умеренно тревожной физии. - А откуда этот огонь взялся? Клемми, со мной в Сиэтле всё было нормально. Как... - он свёл брови, ища слово, - с человеком. И почему этот огонь ничего не сжёг?
Перескок с пятого на десятое говорил сам за себя, Джул это заметил и понял - опустил глаза, виновато заулыбался, зачем-то приглаживая руку Стиви у себя на животе. Может, Гилмор и боялся той стороны мира, которая открывалась ему посредничеством Клемента... Но не отторгал. Не собирал шмотки, не менял номер телефона, не возвращался на родину, оборвав все связи со своим саблезубым другом. Джулу было интересно. Задетый за живое, привязанный настоящим душевным теплом к вампиру, он в общем и не врал себе, будто стал для Клемми кем-то особенным - всё равно что быть золотой рыбкой и надеяться, что аквариумист лишится чего-то важного, когда рыбкин куцый срок выйдет, - но и так не хотел кидать приятеля наедине с вечностью. Он хотел поделиться тем отрезком времени, который ему выпал на полноценную жизнедеятельность, с некоторыми людьми - с Клементом вот. Со Стиви. И если для этого надо было вот так гореть, заговаривать зубы вампирам, выстаивать под ругачкой Джонни, который Бруджа и оттого в хлам убалбешенный - пускай. Пускай, если для этого надо было узнать, что дома у Стиви упыри стаями куролесят!.. Стоп. Ээ..?
- Чо?.. - Джул стиснул широкое и твёрдое запястье Стиви, снова запрокинул голову и снизу вверх уставился ему в лицо, - Скока?
На лице у Стиви не было написано, скока - ни в фунтах, ни в унциях. Джул похлопал глазами, но и это не помогло. Посмотрел на Клемми, представил несколько таких - на память пришёл тот белобрысый со своим модным другом в цветастом пиджаке ("Ну раз не курит и нельзя зажигалку, давай ему пиджак подарим, чтоб сзаду розы, спереду павлины..! - Слушай, вон он не курит, и ты бы не курил!"), что перестрял лорда (князя? эмира? сагиба?) в Элизиуме, а Клементу пришлось говорить с лордом поскромнее, Хардештадтом. Нет, хотя бы два таких - и сбрендить можно с чистой совестью. "Или он про одного вампира, а меня просто прёт, как будто про нескольких сказал?"
- Стиви... Ты их что, прикармливаешь?

0

47

- А. Тогда проще. Не хочу впутывать Шерифа, - кивнул Клемент, заметно успокоившись. Он-то как раз не удивлялся изгибам судьбы, сводившей его с многими интересными личностями. Привык. Он сам искал что-то новое, постоянно искал. Нахально приставал к Пресветлому, играя в игривого котенка. Лез на спор на арену, чтобы доказать, что он не умеет драться. Подбирал каких-то непонятных Джулов Гилморов, которые потом играли в легковомспламеняющиеся объекты. И еще более непонятных людей, которые ежедневно наблюдают у себя дома вампиров. Гуль, наверное. А может, и нет. Да какая разница? Он выкрутится. И будь что будет!
- И невозможное приходит, мимоходом похлопав Неприкаянного по плечу... Рассвет скоро. Я надеюсь, вы все же не подожжете огнем страстей еще и меня. Я однозначно обижусь! Даже если этим огнем ничего не жгут. Сразу могу сказать - что это было, я не знаю. Нашли Тремера... Это они у нас специалисты по поджогам.
Вампир ухмыльнулся - все еще немного нервно - и двинулся в "свою" комнату. Судя по всему, ему следует очень, очень крепко спать, дабы не мешать этим двоим спокойно общаться.

0

48

Опаньки, а Клемми что, шуткует? Чувааак, кто ты и куда дел нашего Клемента? Стиви улыбается еще шире, вздергивая бровь в спину гордо удаляющемуся упырю. А парень-то небезнадежен... Нет, разумеется, в начале своей тирады Клемент не удержался, нагнал пафосу: и невозможное ввернул,  и неприкаянного - себя, что ли? - но вот огнем страстей приложил хорошо, по делу. Обидится он, понимаешь, чучело блондинистое... Стиви улыбается, качает головой. Но ведь и правда по делу, и не поспоришь: куда уж спорить, когда его рука по-прежнему у Гилмора на животе, рука Гилмора - поверх его...
- Джуэл... - б**, и что тут скажешь?..
Он не видел Гилмора года три, и не вспоминал особо, встретил случайно, и вот - в его руках незнакомый, но отчего-то внезапно свой - Джул, Джул Гилмор, старый приятель из прошлой жизни, про***нный шанс на совсем другую жизнь... Стиви притягивает Джула ближе, разворачивает доверчиво распахнутым лицом к себе. Гилмор спрашивает правильные вещи, серьезные вещи, но Стиви думает не о том, Стиви думает, как же от него, наверное, несет перегаром, после всей его пидовской Маргариты.
- Ага... Вот именно что прикармливаю, - все-таки он пытается ответить серьезно и правильно на серьезные и правильные вопросы. Смотрит на Джула: понял ли? Хотя сейчас Стиви Коула меньше всего е**т, понял ли Джуэл Гилмор, что он, на минуточку, гуль. Сейчас Стиви Коула вообще ни разу не е*ут серьезные и правильные вопросы. Стиви поднимает руку и кончиками пальцев обводит губы Гилмора, прежде чем накрыть их своими. И надо же было нажраться так невовремя...

Отредактировано Стивен Коул (10.09.2013 00:43:59)

0

49

"Быстро оклемался, брюква богемная..." - только и подумал Джул. Перемены настроения у Клемми происходили загадочно и быстро, а Гилмор как назло разнежился и хотел быть тормозом.
Впрочем, стормозил бы тут почти всякий.
Для начала, Клемми ни разу не лез на стенку, когда при нём прикуривали. "Шерифа ещё какого-то приплёл... Тоже мне, Дикий Запад. Мешок баксов за голову Вонючего Гарри - весом с голову Вонючего Гарри, начинённую свинцом как индейка черносливом. А в случае упырей эта голова, поди, ещё и ругаться будет." Хотя Джул не представлял живучести упыриных головы и тела, отделённых друг от друга.
- Кого похлопав? Куда?
Впрочем, хлопал тут один Джул, едалом. Пока он решал, надо ли искать Тремера, или это шутка такая для посвящённых, Клемми уже свалил в бункер - и догонять его, к стыду и ущербности дружеских чувств, Джулу как-то не пришло на ум. Потому что Стиви.
Стиви, который пропустил мимо внимания все неумелые авансы Джула - тогда, три года тому как.
Стиви, который прикармливает вампиров, ага.
- Ты это... серьёзно? - Джул громко сглотнул, обнаружив, что смотрит Стиви в лицо. Умения раздавать, да и принимать авансы у него не сильно прибавилось. "Три года назад он ещё не был такой пьяный..." - нашлось объяснение. Джул зажмурился, приподнимая нижние веки от слабой щекотки, когда Стиви дотронулся до пересушенной корочки на губах, потянулся выше, на цыпочки, уцепился за его воротник... "Да не торопи ты меня, мне ж ещё сообразить, что делать дальше!"
Но оказалось, что у Стиви есть свои планы - с ними надо просто согласиться.
Джул не знал, как он целуется, не помнил, как он пахнет, но как выглядит - помнил отлично, и не надо врать, что не воображал, как оно, если руками потрогать. От дозволенности Гилмор ошалел, по-дурацки сунулся Стиви под шмотьё, так и не сняв вторую перчатку... Опомнился и сердито содрал её зубами. Так стало лучше, да. У Стиви под кожей засело солнце, Джул его чувствовал ладонями. Было жарко и, б#@ть, мало! Он стягивал майку, встряхивал лохматой башкой, свирепо дёргал тряпки со Стиви - еле осмысляя, что делает. Или, наоборот, осмысляя слишком хорошо, прямолинейно и недвояко. Конечно, Джул знал, что с определённой точки невозврата не сможет вывернуться, отряхнуться и отойти, отделавшись лёгкой помятостью.
- Стиви...
Имелось ввиду: "Ты же скажешь, если это лишнее, а? Если я зря на тебя накинулся?" Однако этой ценной мысли Джул не додумал, просто уставился Стиви в глаза, царапая тупыми ногтями за шею... решился окончательно и оскалил шутовскую пасть:
- Назови меня грязной сучкой.

Отредактировано Джул Гилмор (16.09.2013 10:27:40)

0

50

Он еще мог остановиться. Когда распахнулись навстречу глаза Джула, когда все лицо мальчишки распахнулось навстречу – и да, мальчишка, до сих пор мальчишка-мальчишкой, да и что такое плюс-минус три года, когда взгляд шалый и сам себя боится, и тянется, зажмурившись уже, неловко, робко, отчаянно тянется губами к губам?.. – вот тогда он не просто мог, должен был остановиться. Потому что мальчишка, шалый мальчишка, потому что ему, Стиви Коулу, тридцать три, потому что только что в соседней комнате скрылся Клемент, потому что… А собственно, почему?.. На секунду Стиви замирает, одной рукой перехватив оба узких запястья – без вечных перчаток руки Джула кажутся совершенно голыми, и Стиви не может сдержаться, подносит к губам побелевшие пальцы: что, я?.. Передавил?.. Б**, малыш… От того, что может вот так, до синяков, до синевы под ногтями, Стиви трезвеет окончательно, полностью, бесповоротно. Вторая ладонь скользит по предплечью вверх, локоть под пальцами – острый, шершавый, и сам Джул – острый, о скулы порежешься, о душу, рвущуюся из глаз, и будь он, Стиви Коул, конченый неудачник, бездарь, никчемный человечишка, проклят, если позволит себе сейчас… А что? Воспользоваться? Попользоваться? Или – оттолкнуть?.. Или просто вот так задуматься, когда под руками в каждом биении пульса - смятение, отчаяние, надежда?..
- Джул… – на выдохе, в ответ на его "Стиви", которое и не Стиви вовсе, не имя, не просто имя, и вдруг:
- Назови меня грязной сучкой.
О Господи.
Б***ь.
Джул!
Малыш…
Одним движением – приложить спиной о стену, так, чтоб дух вышибло, смять губы своими, языком по зубам, к небу, и чтоб вкус, и запах, и медный звон крови на языке, потому что потрескавшиеся губы мальчишки лопаются под твоими, и накрывает, с головой, до черноты.
-Только если моей.
И все.
А потом он спит, спит, ткнувшись носом в плечо, и узкая, не самая чистая в мире ладонь – у тебя на груди, и одно на двоих одеяло. Спит. Дышит. Дергает пяткой во сне, смешно втягивает губами воздух. В голове у Стиви Маргарита танцует похмельное танго с Bacardi, и он возносит молитву кому-то, сам не знает кому, благодаря этого неизвестного кого-то за то, что уж пьет-то он точно как настоящий врач, и что ему то Bacardi и та Маргарита. Но просто лежать рядом с Джулом и думать о том, что вообще сейчас случилось и как же стыдно будет Джулу пару часов спустя, нет никаких сил, и Стиви аккуратно выбирается из постели, подтыкает мальчишку одеялом со всех сторон и тащится в сторону холодильника. Так, пиво, упаковка какого-то мороженого мяса, тоник, апельсины, яйца, бекон, грибы, головка твердого сыра, помидоры, упаковка еще чего-то мороженого – креветки, что ли?.. Двадцать минут спустя большая часть припасов Джула Гилмора превращается в огромную, на восемь яиц (все, что нашлось в холодильнике, ага) яичницу, с сыром и помидорами, и грибами, и свежей зеленью, и беконом – ведь Джул любит мясо, Стиви помнит. В ванной находится та самая обещанная зубная щетка, невскрытая, и хоть Стиви до смешного неловко брать чужое, он утешает себя тем, что уж что-что, а зубную щетку он Гилмору возместит.
Когда Стиви присаживается на кровать рядом с Джулом и осторожно касается губами торчащих из кокона одеяла жестких рыжих волос, и пряно пахнущего виска, и острой скулы, он свеж и умыт, насколько возможно, и не думает, нет, он не думает о том, что же, б***ь, на х** с ними случилось и как же стыдно будет Джулу уже вот сейчас. Стиви осторожно дует в Гилморовское ухо и шепчет:
-Вставай… Джул, давай, просыпайся… Завтрак готов.

0

51

- ...Даже завтрак..?
Джул проснулся легко, как включенный, но глаза открывать не торопился. Он чувствовал тепло, уют, натруженную слабость и ещё дофига чего-то понемногу... Наверное, так и должно быть, если отключился в обнимку с любовником. Из минувшего разгула Гилмор хорошо помнил только одно - надо было драконить Стиви поменьше. "Хотя с поменьше он не решился бы... этик хыров," - улыбаясь мягкой, аморфной спросонья улыбкой, Джул пошевелился, приткнул голову Стиви на колено, и только после этого разлепил веки.
Больше двигаться ваще не хотелось.
- Я того... встану. Только побудь тут... - он наморщил нос, жмурясь от оранжевого света в дневной комнате, - немного. И кто из нас бухал вчера, если ты как огурчик... - тут Джул покраснел и попытался затереть лицо куда-то туда, где его не будет видно. На деле - доктору Коулу в живот.
Вчера бухал, конечно, Стиви. Джул был трезвый. Трезвый, мать вашу! Он спустил бы себе любую выходку - пьяному. По тангенсу, что о нём думали бы свидетели разгула... Но он не пил, и при этом трудно вспоминал, что именно и в каком порядке творил вчера. Кажется, выл как пума на гону, потому что больше ничего не успевал - процессом вертел Стиви. И Джулом. И ещё было... Да, три года назад Джулу бы в зобу дыханье спёрло от того ж самого. Потом он отвык и забыл, как отчаянно хотелось, чтобы это произошло тогда. Не осталось ни самого ожидания, ни обид за то, что оно не оправдалось.
И вот нате - три года спустя ничего, ни-че-го не поменялось.
"Реально-то - сколько мне надо было лет, чтоб успокоиться?"
- Слушай... Это слова сопливой девки, но... - Гилмор бубнил, в глубине души надеясь, что Стиви не разбирает ни слова, - оно тебе вообще с надобностью или без - ну, грязная сучка? Могу этта... до душа дойти... вроде... - он совсем смутился и ненадолго заткнулся, громко сопя, - чот я форму растерял... Но дойду! Будет чистая сучка... - пфо-пфо-пфо носом, ага. Джул пожалел, что вообще завёл эти мелодраматические речи. - Забей, короче. Встаю. Ща... Пять сек...

0

52

- Так я тебя и отпущу одного, можно подумать, - Стиви осторожно отрывает Джула от себя, приподнимает лицо за подбородок. Ну вот, приплыли тазики!.. - Джул, посмотри на меня. Ну же...
Стиви дожидается, пока Гилмор, наконец, услышит его, легонько поглаживая открытой ладонью напряженную спину, чуть влажную со сна. Стиви понимает: одно неверное, дурное слово сейчас - и Джул закроется, ощерится бравадой, и хрен ты его потом разуверишь, что перепих по пьяни - это не про него. Но и обманывать мальчишку Стиви не хочет, наобещать сейчас золотых гор и свалить в туман - не вариант. А как сказать, что "оно с надобностью", но в самом лучшем раскладе времени у них месяца полтора, Стиви слов не находит. Потому что он, Стивен Коул - гуль Александра Рейнхолда. Потому что Стиви сдохнет, но не подпустит к Гилмору Александра, и уж тем более мелкого. Мелкий... При мысли об Эрихе Стиви темнеет глазами: понять, что теряешь ребенка - одно, принять и смириться - не выходит. Впрочем, раз по любасу все идет к тому, что сам он так и так сдохнет месяца через полтора - да, у него всегда есть возможность уйти, и, б***ь, он ей воспользуется до того, как превратится в дол*****го обезумевшего наркомана - так вот, раз так или иначе всему конец, то хотя бы следующие пару часов он, Стиви Коул, не хочет ничего понимать и принимать, и даже думать ни о чем не хочет. Он и без того до хрена передумал за каких-то пару минут, пока гладил острые крылья лопаток, пока вглядывался в зажмуренное, отчаянно некрасивое мальчишеское лицо. И когда Джул, наконец, открывает глаза и смотрит на него, Стиви так и не знает, как объяснить, что "оно с надобностью". Что вот так вот внезапно, спустя три года, за которые и вспомнил-то раз с десяток от силы, он наконец-то разул глаза, но все, что у него осталось, все, что он может теперь дать -  каких-то полтора месяца, да и то, если повезет. Везение и Стиви Коул в одном предложении? Да полноте, не смешная шутка.
Нет, Стиви решительно не находит слов, поэтому просто наклоняется и целует Джула, так бережно, как никого в жизни не целовал. Секс, нежность и Стиви Коул в одном предложении? А вот поди ж ты...
- В душ, говоришь? - Стиви снова касается губами лица Гилмора, там, где в страдальческой морщинке наскакивают друг на друга изломанные брови. А потом подхватывает на руки и несет в душ. Стиви не идиот - ну хорошо, не совсем идиот, хотя и конченый идиот догадался б, что Джулу сейчас ни разу не в радость будет "продолжение банкета" - но уж сообразить, как сделать в радость, Стиви сумеет. В конце концов, как говаривала его мать, зачем-то же мужчине Богом дан рот...
...Час спустя Джул, в коконе из одеяла, усажен за кухонный стол напротив реанимированной яичницы. Стиви не знает, насколько съедобно то, что он сварганил Гилмору: бекон, мать его, даже не попробуешь - но надеется, что в целом должно быть неплохо, несмотря на разогрев. Себе он отрезает кусок сыра, облокачивается бедром о барную стойку. Стиви понимает: пора, вот теперь им точно нужно поговорить. О странных, б**, жизненных совпадениях, когда два вампира, два блондина и так-не-бывает. Стиви смотрит на Джула, и не сходившая с его лица последние пару часов улыбка как-то линяет: к слову о блондинах. Великий Вечер Откровений начинается совсем не с того, с чего следовало бы:
- Джуэл... Кто тебе этот парень?..

0

53

...Джул не думал о том, голоден ли.
Честно говоря, он вообще не думал, ни про что. В голове его было блаженно и пусто, как в фойе Рая, а тело стремилось к дополнительным опорам и статике. Гилмора манила "шайба", заваленная подушками и скомканным одеялом, он хотел свернуться клубком среди всего этого, мягкого, тёплого, и на какое-нибудь продолжительное время остаться неподвижным - но Стиви решил по-другому.
Только почуяв запах яичницы (размером со стадион!), Джул понял, как на самом деле охота жрать.
"Откуда у него столько сил... Утрахал за четверых и кормит вдобавок..." - тут Джул покраснел, заёрзал натруженной задницей на стуле и углубился в жевание, очень уж живо ему помнились подробности, да и душ... того, освежил память. Если месяцами разнообразишь личную жизнь, изменяя правой руке с левой, то поневоле отвыкнешь, что на любовников ещё и смотреть надо, и разговаривать. "Любовник... хы." К Стиви слово лепилось плохо. Стиви показал себя террористом. Совестливым. Заботливым. Террористом. Джула вштырило.
Он как-то так себе это и представлял - что Стивен Коул вообще не проникнется и не заметит мандража на тему "любит-не любит, плюнет-поцелует". Красивые все такие... Гилмор до сих не услышал ничего похожего на "да, я не против назначить тебя любимой женой" или "нет, ты мне не катишь без пива", но торопить не хотел, и предлагаться по новой тоже. Разберётся, ёпт, Коул бл#ть не мальчик. "Не-мальчикам, наверное, тоже времени надо. Иногда."
- Джуэл... Кто тебе этот парень?..
Джуэл чуть не поперхнулся своей яичницей. И не потому, что услышал своё сладенькое имя - уж у Стиви-то были все права звать его хоть Кэндис, хоть подстилкой, но и чёртово "Джуэл" получалось выговаривать так, что хотелось мурлыкать. Просто... если хотел знать, настроен ли Стиви на что-то-там-растакое, то - вот, яснее некуда. "Ревнует..?" Оперативно проглотив кусок со звуком, похожим на зевок большой собаки, Джул заторопился высказаться.
- Не-не, не было с ним ничего! Друзья... - Гилмор дёрнул плечом и добавил, - вроде как. У них, может, эти понятия совсем и не в кассу. Такого не было ни разу, но среди упырья я должен говорить, что пью его кровь... если что. Да и не кусал он меня. Короче, я бы не просек, что вампир, если б он сам не сказал. И я не верил до последнего. И щас не очень верю. А ведь зубы видел... - опять дёрнув плечом, Джул возвратился к изничтожению хавчика.

0

54

Стиви даже не понимает, что ждет ответа Джула, не дыша. А когда Джул отвечает, Стиви, как тот парень из анекдота, на глазах у которого теща летит в пропасть на новехоньком Lamborghini Diablo (800 л.с., задний привод, двойной турбокомпрессор) - испытывает противоречивые чувства. Вроде бы и "никогда-ничего", и "не-не, друзья" - но к друзьям прилагается "вроде как", и Стиви сам себе противен, но не может задавить мерзенькое такое: "вроде как" друзья - это как?
И тут до Джула, похоже, что-то доходит, и он торопится объясниться, и лучше б уж молчал. И сам Стиви лучше б уж молчал, не лез, б**, права качать, тоже мне, герой-любовник...
Да он же ни х**на не понимает...
Стиви отваливается от барной стойки, по плавной дуге ныряет в холодильник: заморачиваться Гилморовским ликбезом вот прям сходу он не готов. Ему нужна пауза, вдох-выдох, когда морда аж по плечи в холодильном нутре, и не нужно думать, что там у тебя на лице написано, когда придется объяснять, что вампиры - сосут, а люди - жрачка.
Такого не было ни разу...
...Да и не кусал он меня.

Ну что ж, если и должно Джулу Гилмору стать мучительно стыдно за бездарно про****ную ночь - то вот он, настал момент. Момент разуть глаза на то, что Стиви Коул образца 95го и Стиви Коул нынешнего розлива - как говорится, две большие разницы. Что по сути Гилмор подставился конченому нарику, что в глазах его "вроде как друга" Клемми Стиви не стоит даже грязи в протекторе его модного говнодава... Стиви стискивает зубы, злость накрывает неожиданно, резко, выкручивает так, что аж шея немеет: в конце концов, да, он, Стиви Коул - конченый стопроцентный неудачник, он оказался не в том месте и не в то время и три года прожил, старательно баюкая себя иллюзией собственной нужности, спасибо хоть, не незаменимости - но, б***ь, не нравится - не жрите. Стиви вылавливает бутылку пива и выныривает из холодильных глубин, навстречу свету и Джулу Гилмору. Открывает пиво, ставит перед мальчишкой, на какие-то безумные часы заставившим поверить в полтора месяца простого, б***ь, человеческого счастья...
- Джул...
Ну и что тут на х** скажешь?..
Стиви опускается за стол напротив Гилмора, устало проводит рукой по лицу, волосам. Отпускает так же внезапно, как и накатило. В конце концов, Джул действительно ничего не знает, и если уж злиться сейчас на кого, так уж точно не на пацана.
- Джул, тут такое дело...
Стиви смотрит на Джула, смотрит на его руки без перчаток, на яичный мазок над бровью. - Просто выслушай, хорошо?
И Стиви вываливает, по другому не скажешь, на неожидающего такого западла Гилмора все - все, что собственной шкурой прочувствовал за последние три года...
- ...и все, что мне остается - месяца полтора, от силы два. Надо было сразу сказать, наверное... Но как-то в голову не пришло.
Все. Вот теперь - все.
И Стиви наконец смотрит на Джула.
Ну что, малыш, твоя очередь решать, надо оно тебе или нет...

0

55

"...Бл#, чо я сказал-то?"
У Джула не было иммунитета к "взрослым разговорам" - ма отчитывала его драматично, сходу возвышая звенящий голос и заламывая руки, а па скрипел зубами, пока рот закрыт, и ревел как буйвол, когда размыкал челюсти. В общем, Гилмор не умел отгораживаться, если на него смотрят вот так - мол, сейчас я скажу много отменно неприятного, но ты же большой мальчик и не расстроишься. Стиви ещё и пиво выставил, видать, формируя в уме эти самые неприятные вещи в какой-то порядок... И стало окончательно похоже, что сейчас - не ночью, плавно перетекающей в утро, блин, и не в ванной, где Джул скулил, кусая кулак, чтоб хоть немного потише, - доктор Коул станет лишать его детства.
Джул так и не понял, что ж сделал или ляпнул такого, чтоб Стиви, ласковый нагибатор, самый улыбчивый сиськоправ на свете, вдруг помрачнел как туча. Джул испугался. Он не спускал глаз со Стиви, даже когда брал бутылку, задирал донышком вверх и глотал холодное, горьковатое пиво. "Да ёпт, скажи, в чём я виноват! Только не тяни, ну пожалуйста..." Гилмор готов был "просто выслушать" что угодно... лишь бы не затасканное "или я, или он".
Но ультиматума за всю свою некороткую речь Стиви не подсунул.
Его рассказ был похож на дурной роман-антиутопию. Нет, прекрасный, конечно, гениальный, острый, но дурной. Джул ненавидел безнадёгу во всех видах, отторгал её, и вовсе не от сознательного выбора или высокой душевной стойкости - Джула просто бесили плохие концовки. Дескать, е#ались-е#ались, и всё впустую... Ну и нафига это уныние облекать в форму гениального романа? В голове не укладывалось, что всё нынешнее утро, от начала в клубе, с перерывом на сон, с яичницей, от которой Джул совсем недавно отёр морду, - перемазался, так уж резво мёл хавчик, - не приведёт ни к чему в лучшем случае. В худшем - все умрут.
"Ну ништяк."
Когда Стиви договорил, Гилмору очень захотелось назвать его идиотом. Вот просто так, хз за что. Впрочем, почему хз? За то, что этот вменяемый, сильный, находчивый и далеко не робкий мужик позволил сделать с собой, и продолжал позволять годами, и теперь ещё походя бросается какими-то гепатитными "мне осталось полтора месяца". Зная этот род зависимости наглядно, но всего лишь со стороны, Джул не понимал наркоманов и отказывался сочувствовать им. Мягко говоря. Сейчас перед ним сидел Стиви, ужасно спокойный после своих откровений, а Джул должен был как-то переварить то, что Стиви из этих... Стиви нельзя сочувствовать. Проглотив всё, что вертелось на языке про идиота, Джул разглядывал его, искал отвратные признаки оцепенения, крохи пустоты в глазах. Но блин - Стиви вовсе не так бледно отсвечивал! Стиви, бл#ть, с предрассветных сумерек до белого дня пахал джуловой физией простыни - наркоманы так не могут!
Джул облизнулся, в очередной раз глотнул пива и поставил початую бутылку на середину стола, между Стиви и собой.
- Так я не понял - тебя на эти полтора или два месяца моя задница не устраивает, перехватчик? - медленно и неуверенно Глимор показал зубы... нет, всё-таки улыбнулся. - Я по тебе с девяносто четвёртого года сох. Не то чтоб ты мне с того обязан, с очередного облома я не сдохну. Просто... ты ничего хорошего не рассказал, но мне пох#ру, понимаешь? - Джул опустил глаза, отчаянно краснея, потянулся к бутылке, но взять не взял, только потёр кончиками пальцев столешку под самым бутылочным донышком. - Меня от одного твоего запаха прёт, унюхался бы в пень ваще. Я... хочу, бл#ть, я ни за что не откажусь! А ты... - он низко стряхнул чёлку на глаза, почти лёг в стол, сгорая со стыда за своё косноязычие. Необходимость высказываться на тему личных симпатий, да ещё и объекту симпатий, подкралась слишком неожиданно, - будешь меня?

Отредактировано Джул Гилмор (28.09.2013 05:09:51)

0

56

Стиви перехватывает ладонь Джула, едва тот начинает возить пальцами по столу, как-то беспомощно обводя по кругу дно бутылки - отчего-то этот вымученный, выдающий Гилмора с головой жест отдается мукой и для него. Сжимает пальцы: именно руки Гилмора, лишенные привычной брони перчаток, обнажают его перед Стиви больше, чем что бы то ни было. И тут Джул начинает говорить, не глядя в глаза, вообще не глядя на Стиви, мучительно выталкивая из себя слова, и Стиви как током бьет от его мальчишеского, отчаянного, показно-равнодушного "тебя на эти полтора или два месяца" ... "не устраивает" ... "по тебе с девяносто четвертого года сох"...
Признание в любви?..
Господи.
Господи Боже!
Б**дь.
И - контрольный, в голову: "ни за что не откажусь".
И все. И Стиви выносит.
Секунда - и Джул у него в руках, и он стоит посреди кухни с мальчишкой на руках, целуя зажмуренные глаза, и болезненную складку на переносице, и обветренные, шершавые губы - нижняя трескается под его губами, на вкус кровь Джула отдает ржавчиной, и Стиви понимает: другого не надо.
- Идиот!.. Маленький... Какой идиот, сох по мне, три года, четыре? Джул... Дурачок мой...
Конечно, Стиви прекрасно видит: Джул ни х**а его не услышал, Джулу и правда сейчас пох**у мороз, Джул дорвался - мальчик, глупенький, дурной мой мальчик - но и сам Стиви тоже ни разу не святой. И раз Джул готов вот так, безоглядно, по дурости спутаться с ним, Стиви не станет вправлять ему мозги, Стиви возьмет то, что дарит судьба, и не выпустит. И ныть, что "завтра он пожалеет", Стиви тоже не будет: костьми ляжет, а сделает так, чтоб не пожалел. Голову кружит, словно внезапно догнало и накрыло вчерашнее, вся Маргарита, и все Bacardi, и счастье, неожиданное и незаслуженное, обнимает, словно бесконечная теплая волна, несет куда-то...
....like a lazy ocean hugs the shore...
Губы снова и снова касаются угла чужих губ, виска, жестких, все еще влажных после душа волос, крохотной родинки возле уха...
- ...будешь меня?
- Буду... Буду, Джул. Не отпущу теперь.

0

57

Все лирические сцены когда-нибудь заканчиваются. Чаще всего внезапно.
Нет, никто не ввалился, не закричал "Пожар!" и даже не обрушил дом - просто зазвонил мобильный телефон Стиви. Пришла СМС:
"Хорошо. Когда вам можно позвонить?"
Отправитель: Евгений.

0

58

Клемент проснулся, когда уже стемнело. В квартире никого не было. Только на столике рядом лежала записка, придавленная связкой ключей.
Если не вдаваться в лирические подробности, записка гласила, что Джул со Стивеном обрели своё счастье, и уезжают в кругосветное путешествие. Потому что Джула с корабля так и не отпустили, а судовой врач как раз вчера повздорил с капитаном и ушел в ночь холодную, причём даже без шапки. Так что Стивена тоже быстренько закабалили, и как раз сейчас, когда Клемент читает эту записку, счастливые влюблённые романтично целуются на носу каравеллы, вспенивающей морские волны. Ключи от квартиры было велено бросить в почтовый ящик.
Клемент уважал чужое право на личную жизнь. Всё, что ему хотели сказать, уже сказали. Если Джул считает нужным прощаться именно так - его право. Как известно, долгие проводы приводят только к лишним слезам.
Каитифф неторопливо собрался, вышел из квартиры и направился по своим вампирским делам.

ЭКСПА:
Клемент - 13 постов, 1 с плюсом, итого 14 ОО.
Кристен за ГМство - 6 постов, 1 с плюсом, итого 7 ОО. Могут быть израсходованы на любую свою непись, в том числе при создании, если не хватит СО.

0